"Открытие Третьего Мира" Ганжела Андрей
Меню сайта
Категории каталога
Мои статьи [8]
Наш опрос
Оцените мой сайт
Всего ответов: 41
Главная » Статьи » Мои статьи

Антология страха.

Антология страха.

На корабль экспедиция вернулась около 17.00. Экипаж корабля встретил своих посланцев тепло. Лишь здесь и сейчас за прочными стенами звездолета все смогли успокоиться и привести себя в порядок, собраться с мыслями и оценить случившееся. Договорились не нарушать планы и встретиться в кают-компании звездолета за ужином в 19.00. Джим Ли мог расстроиться, если бы пришлось выкидывать аппетитных плюкалов, на приготовление которых он затратил столько времени и сил.

Сьюме и Сьюзи занимались Холтоном. Уложив его в регенерационную установку для восстановления кожного покрова и заживления ран, они подключили к мозгу релаксационную программу для восстановления психологического равновесия пострадавшего. Наряду с этим из памяти Арнольда считывалась информация недавнего похода. Эту процедуру должны были пройти все разведчики и даже командор вместе с Колли Блу. Затем ЭММА сопоставляет все воспоминания членов разведгрупп с информацией, записанной на самописцы их костюмов, анализируя все это в нескольких аспектах, и выдает свое заключение о произошедшем событии. Большинство надеялись, что кибер-мозг бортового компьютера сможет подсказать разгадку и на этот раз.

Прауд настоял на расслабляющем душе и полуторачасовом сеансе в генераторе снов для всей команды полковника Грейса. Установка снов на этот раз должна была вызвать из подсознания самые приятные и положительные эмоции каждого из спящих. Это несложная процедура обычно приводила людей в состояние эмоционального равновесия и психологического умиротворения, которое было крайне необходимо для команды вояк, переживших сильнейшее потрясение.

Кибернетик Болтон занялся тестированием функциональности и ремонтопригодности Флеш. Ему всегда нравилась Флеш, а, тем более, он был фанатом всяких биотехнологий и компьютерных безделушек. Поэтому Джон считал своим долгом восстановить кибера. Во-первых, пока не случилось каких-либо сбоев в ЭММЕ, он мог достаточно свободно распоряжаться своим временем, а во-вторых, ему нравилось творить, разбираясь в головоломных схемах и современнейших разработках бионики. Шторм безропотно помогал ему во всех его изысканиях и мельчайших капризах, открывая доступ в свою базу данных и даже к своему кибертелу, чтобы Болтон смог завершить как можно быстрее ремонт его собрата, проводя аналогии и подыскивая нанозвисимости в сложных хитросплетениях современных нейротехнологий.

Ганлоу установил в умывальнике режим «летнего дождя». Стены расплылись под призмою голограмм, отображающих светлую березовую рощу и цветущую лужайку, наполненную ностальгическими запахами и звуками родной природы: березовой смолы и душицы, стрекотанием сороки и пением соловья, шелестом травы и листьев, дуновением ветерочка и каплями легкого дождика. Он наслаждался мягкими, нежными и тонизирующими струйками дождя, которые нежно обволакивали тело и уносили мысли далеко от действительности в иную реальность, где было спокойствие, тишина и безмятежность, где космическая энергетика разливалась по его органам, заставляя радоваться и трепетать каждую клеточку. Андерс медитировал. Он любил этим заниматься, жаль только, что редко выпадают свободные минутки для столь полезной практики. Тихий перезвон вывел его из транса и напомнил о необходимости спускаться на ужин. Сегодня, чтобы понравиться Натали, он решил надеть белое кимоно, тем более что трапеза должна была проходить в японском стиле.

Спустившись в просторный зал кают-компании звездолета, Ганлоу застал приглушенное освещение японских ламп в сочетании с ароматом благовоний и тихой музыки. Сервировка в традиционном японском стиле с замысловатыми розовыми салфетками и красно-коричневыми палочками, создающими разнообразный и сказочный орнамент, настраивали на умиротворенный лад, который как никогда был кстати. За столом находились Ирман Фантози, пилот Колли Блу и ее подружка Сьюзи Блейк. Они позволили себе легкие напитки и вели непринужденную беседу. В дальнем правом углу зала полиглот Максимилиан Шмателли что-то доказывал Ивану Петровичу, Сергею Павлову и Томми Ло, страстно рассказывая и экспрессивно жестикулируя, как и все итальянцы. Повар Ли суетился у стола, заканчивая последние приготовления, расставляя приборы, блюда и напитки. Ему помогали роботы-повара, перемещаясь за ним, как цыплята за курицей, готовые выполнить любую его просьбу.

– Джим, ты не перестаешь меня удивлять своим поварским искусством, – отпустил комплимент вновь прибывший Ганлоу, повергая Ли в краску.

– Спасибо, всегда приятно получить похвалу за свои хлопоты, тем более от мудрого и доброго человека.

– С чего ты взял, что я мудрый?

– Ли знает, что говорит, – сложив открытые ладони у груди и кланяясь, промолвил китаец.

– Не преувеличивай!

– Он говорит истину, – Джима поддержала Натали, улыбаясь и спускаясь по лестнице в розовом японском женском кимоно с легким тонким рисунком веточек сакуры на бархатистом шелке. – А если и преувеличивает, то, пожалуй, чуть-чуть.

Она подошла к Ганлоу и подарила нежный поцелуй. Невозможно было устоять перед этими коралловыми губками. Андерс в очередной раз отметил, насколько совпал их выбор в одежде. Сьюме появилась в компании своих подруг – Нины Павленко и Эммы Штольц. Все девушки были одеты в традиционные национальные древние японские кимоно. Очевидно, они сговорились и задали синтезатору одежды серию кимоно из журнала мод, потому что все выглядели сногсшибательно, гармонично дополняя наряды друг друга. Натали, как всегда, выглядела роскошно. Ее длинные волосы были причесаны, уложены и заколоты наверху, а макияж делал ее похожей на настоящую азиатку. Андерс всегда удивлялся: «Как и когда может женщина успевать выглядеть так замечательно в потоке непрерывной обыденности и скоростного темпа современной жизни и работы?». Ответ на этот вопрос мужчинам был недоступен, а если и доступен, то не понятен, а если и понятен, то это значит, что перед Вами женщина. Троица псевдо японок произвела настоящий фурор на публику в зале, так все они были великолепны и изящны. Но настоящей жемчужиной выделялась, конечно, жена Ганлоу. Даже Максимилиан прекратил свои жестикуляции и пылающим взором уставился на нее. Натали шла приветствовать командора и других мужчин, сексуально виляя своими роскошными бедрами. От ее мягкой походки кошки трудно было оторвать восторженный взгляд.

– Где этот сад, откуда нам явился столь замечательный и сладострастный букет цветов, – в кают-компанию спускался Эндрю Прауд, – я хочу поселиться в нем среди благоуханья и красоты экзотических цветов, чтобы ежедневно вдыхать запах любви.

Он адресовал свое послание всему женскому полу, но смотрел при этом только на Сьюме.

– Пойдем, миленький, – беря Прауда под руки с обеих сторон на абордаж, Нина и Эмма весело уводили назойливого кавалера от Натали, – пропоешь нам, какие мы цветочки, где у нас листочки.

– Эх, жаль, что не догадался про кимоно, – сверху, заметно прихрамывая, вошел Арнольд Холтон.

– Арни, как нога, – задала вопрос Блейк, которая еще недавно хлопотала возле неудачливого следопыта.

– Благодарю, Сьюзи, уже лучше, боль прошла. Еще пару раз посещу генератор снов и буду в норме.

– Мы рады, что у тебя все обошлось, – с улыбкой произнес Сергеенко, – но, думаю, что тут кроме регенератора в программу восстановления необходимо будет ввести усиленный тренинг с симуляцией недавних событий. А истинную картину происходящего ЭММА нам скоро преподнесет.

– Босс, к битвам нам не привыкать! – парировал Холтон. – Думаю, что наше сегодняшнее небольшое сражение войдет в учебники курсантов Вселенской Военной Академии.

– И ты будешь получать дивиденды от своих мемуаров, – добавил входящий Сержио Монтана, доброжелательно обняв и потянув за собой Холтона и Селезнева ближе к столу, – сейчас утону в слюнках, так все аппетитно.

– Пора ужинать! – добавил Владимир, присаживаясь за праздничный стол.

– Минуточку терпения, не все собрались и еще не совсем 19.00, – охладил его пыл Иван Петрович.

– А кого мы ждем?– не унимался Селезнев, – семеро одного не ждут.

– Джона Болтона, Шторма, Флеш и Грейса, – паясничал Болтон, вваливаясь со Штормом в зал ресторации, – а четверых бы я и подождал, тем более, что кто-то из них за Вас жизнь положил.

Все поняли, что речь шла о Флеш.

– Как дела у твоей подопечной и у моей подружки? – поинтересовалась Колли, подплывая к Джону в черном вечернем платье с глубоким вырезом на груди и таким же декольте на спине.

– Жить будет, – констатировал Джон, не в силах отвести взгляд от ослепительных прелестей Колли Блу, – но это только если Вы уговорите командора залететь на второй спутник Трило – на Надежду. Он обитаем и цивилизован, и там можно будет приобрести несколько дефицитных чипов для полного восстановления Флеш. Синтетическая кожа у меня есть.

– Я думаю, что командор не будет возражать. – Колли бросила на Ивана Петровича такой умоляющий и пылкий взгляд, от которого, наверное, все льды на побережье Ледяного моря, что находились на Эквапирии, могли растаять.

– Это возможно, тем более что этот полет займет немного времени, – пообещал командор.

– Ура!

Все девушки зааплодировали и завизжали от радостной новости. За этим визгом и криком полковник Грейс застал всю компанию, последним присоединяясь к команде звездолета, собравшейся на ужин. Часы показывали ровно 19.00. Филипп, как обычно, убивал всех своей педантичностью и точностью. Его костюм был строг, без всяких излишеств, как будто он пришел на доклад к военному министру, а не на праздничный вечер.

– Добрый вечер всем! – сухо произнес полковник, думая о чем-то своем.

– Всех прошу за стол! – приглашал командор свой экипаж. – Кавалеры ухаживают за дамами. Джим, открывай и разливай вино. Домашняя пища, уютная атмосфера – настоящий праздник нам устроил Ли. Давайте поблагодарим нашего повара. И, тост – за праздник.

Все зааплодировали поварскому искусству Ли, затем наполнили бокалы и, обмениваясь их мелодичным звоном, осушили до дна. Таков был закон – первый тост до дна, а затем на усмотрение каждого. Заработали вилки и ножи. Роботы-повара проворно сновали между людей, подливая напитки, подвозя новые блюда и захватывая ненужные приборы и посуду. Плюкалы были отменные. То ли все соскучились по домашней натуральной пище, то ли действительно все зависит от мастерства повара, но некоторое время экипаж молчал, увлеченно поглощая блюдо. По вкусу плюкалы напоминали мясо рака, омара или краба, за небольшим исключением, что его не требовалось выковыривать из-под панциря. С небольшим добавлением приправ это становилось весьма деликатесным блюдом во Вселенной, которое подавалось в наиболее дорогих ресторанах. На Трило плюкалы разводились в специальных фермах и чем-то экстраординарным не считались. Поэтому земляне могли воистину бесплатно насладиться вкусом питательной и диетической пищи и, утолив первый голод, поделиться своими впечатлениями.

– Мой отец рассказывал, – начал Селезнев, отставляя тарелку и поглаживая себя по животу, – что еще мальчишкой он ловил в озере раков, затем они их варили и ели. Я люблю раков и крабов, но плюкалы – это раз в сто лучше и вкуснее.

– И полезнее, – добавила Штольц, – в нем содержаться ферменты, стимулирующие омоложение организма. Почему, Вы думаете, трилонцы живут по 500 лет, а на Земле мы смогли только перешагнуть барьер в 150 лет. Я понимаю, вы скажете, грязная экология, доставшаяся нам в наследство от благодарных предков, но и трилонская пища тоже оказывает сильный эффект на продолжительность жизни. Есть даже медицинские рекомендации. Я обменивалась опытом с трилонскими коллегами на этот счет.

– Святая Мадонна, хорошо, что сказали, – присоединился к дискуссии Максимилиан, – я теперь не встану из-за стола, пока не съем всех плюкалов.

Шутка пришлась всем по вкусу. В обычное время космонавты уже бы давно разошлись по интересам – кто играть в бильярд или шахматы, кто посидеть в баре или потанцевать или что-либо другое. Но сейчас никто не хотел расходиться, так как капитан обещал, что к ужину ЭММА обнародует сенсационное заявление о сегодняшнем происшествии с группой полковника. Филипп Грейс сидел, как на иголках, и не мог больше сдерживать свои эмоции и переживания:

– Иван Петрович, где же обещанный ЭММОЙ анализ? Что, черт побери, произошло с моими ребятами? И почему ничего подобного не случилось с группой Ганлоу? – он серьезно нервничал.

– Грейс, дружище, не волнуйся, все уже давно готово, – успокаивал его командор, – я просто жду, пока все насладятся замечательным ужином, а информацию оставил на десерт.

– Босс, не томите, иначе мы начнем десерты кушать в первую очередь, – подтрунивал физик Павлов.

– Хорошо! ЭММА, выдай нам, пожалуйста, заключение, которое ты составила по результатам утренней экспедиции.

Наступило молчание. Прекратились смешки и разговоры. На голубом экране видеоса проявилось симпатичное голографическое лицо киберледи, и из динамиков прозвучал ее привычный мягкий голос:

– Дамы и господа, проанализировав результаты видеопамяти костюмов, состояния окружающей среды Веры, разложенной в 256 тональной последовательности по математической теории Парафарма с посекундным разделением и сопутствующим позиционированием пространственно-временных взаимодействий, а также, интерполируя полученные зависимости на состояние гексосемидентной реальности, получилась следующая картина…

Похоже, один Павлов понимал все, сказанное ЭММОЙ в предисловии, поскольку, заложив нога за ногу, он довольно кивал головой и дирижировал руками, словно оркестром. Профессор слышал только ему знакомый язык нот физико-математических трансцендентных зависимостей.

Перед глазами слушателей возникло трехмерное уменьшенное изображение их «Звездного странника», серебряная трава, синий лес, пурпурное солнце и маленькое табло времени, показывающее 11.00. Как по команде из корабля вышли две группы косморазведчиков и направились в разные стороны. Картинка прокручивалась в ускоренном режиме времени, но при желании можно было все замедлить, приблизить, листать по кадрам, рассмотреть с любой стороны. Были видны действия разведчиков, происходившие сегодня утром и выстроенные в последовательную цепочку событий. Все видели параллельные продвижения групп, настороженный привал Ганлоу и падение Натали с Эммой при контакте пси-воздействия, сражение группы Грейса и подвиги Флеш. Колли Блу плакала, наблюдая, как кибер героически погибает, из последних сил защищая людей. Прилет спасательной шлюпки. Возврат людей на корабль. Изображение исчезло. Первым прервал молчание Холтон.

– Капитан, если это все, что может ЭММА, то я разочарован. Я этот фильм уже видел один раз сегодня утром, и, просмотрев дважды, вижу, что ни меня, ни кого-либо из ребят нельзя упрекнуть в неправильности предпринятых действий. Группе Андерса повезло, что растения не порвали их на части. Вот и весь Ваш анализ, – раскрасневшийся солдат выскочил из-за стола и чуть ли не с кулаками хотел наброситься на Сергеенко.

– Не торопись с выводами, Арни, – Иван Петрович спокойно положил ему руку на плечо и усадил рядом с собой, – смотри дальше. ЭММА, давай психоаналитический анализ.

Перед глазами публики предстала та же картинка, но как бы через призму светло-салатовой дымки. Это было пси-поле Веры, хотя по классификатору НИПИВК (Научно Исследовательский Психологический Институт Внеземных Контактов) зеленое поле относилось больше к разумным живым организмам, а не к растительности. Это преподавалось всем учащимся и студентам по предмету «Общая психология». Маленькое табло показывало 11.00. Далее из «Звездного странника» вышли две группы синеватых огоньков и разошлись в разные стороны. Это были ауры наших разведчиков. По ходу их движения было видно, как они видоизменяли свой цвет, очевидно, переполняемые различными чувствами, эмоциями и мыслями. В определенный момент времени цветовая гамма обеих групп приняла красноватый оттенок настороженности. Затем цвет огоньков команды Ганлоу вернулся к первоначальному состоянию небесной синевы и умиротворенности, в то время как огоньки группы полковника продолжали краснеть, выражая тревогу, а затем вообще перекрасились в темно-коричневый цвет страха. Некоторое время этот оттенок доминировал в силуэтах людей Грейса. Но то, что произошло после, поразило всех наблюдателей в зале. От коричневых аур военных в разные стороны потянулись тонкие искривленные струйки того же оттенка. Затем они начали расти в длину и толщину, заполняя весь объем ближайших джунглей и перекрашивая светло-зеленую ауру спутника на коричневую. Несколько коричневатых отростков в мгновение достигли синевы группы Ганлоу. Очевидно, именно в этот момент у девушек произошел сильнейший пси-контакт. Но затем темные щупальца быстро ретировались, получив мощное сопротивление. Вспышки стриммеров, бластеров и аннигиляторов космогруппы Филиппа еле заметно просматривались под чернеющей аурой смерти. Разведчики полковника могли погибнуть, если бы не своевременная помощь положительной совокупности аур капитана и группы Андерса. Наглядно было видно, как приближение спасательной шлюпки буквально нейтрализует и разрывает темный оттенок, приводя ауру спутника Веры к первоначальному светло-салатовому цвету. Посадка челнока уже полностью осуществлялась в спокойной первозданной цветовой гамме. Поэтому Ганлоу безропотно мог бродить среди недавних цветов-врагов Грейса.

– Сопоставить два изображения в едином пространственно-временном диапазоне? – прозвучал из глубины кают-компании вопрос ЭММЫ, заставив вздрогнуть Павленко.

– Думаю, что в этом нет необходимости. И так все понятно, – после длительной паузы задумчиво ответил Иван Петрович, его голос также гулко отскакивал от стен, приобретая металлический оттенок.

– Что понятно?… Что понятно? – возмущенно тараторил полковник, – понятно, что я и мои люди испугались неизвестно чего, понятно, что моя команда стреляла в призраков, или понятно, что все опытные военные одновременно подверглись гипнозу или сошли с ума…

– Грейс, тебя никто ни в чем не винит, – успокаивал его командор, – это тот анализ, который проделала ЭММА, перешерстив миллион байт информации. Ясно, что Вы не были ни под каким гипнозом, так как я и все мы видели последствия Вашей битвы, и лианы-свистуны, как ты их называешь, действительно были. И ядовитые шипы, и остатки лиан, и оплавленный кислотой комбинезон Флеш, и раны на теле Арни – все это неопровержимые доказательства реальности всего случившегося с Вашей группой. Остается только ответить на вопросы – почему ничего подобного не произошло со второй группой, и куда делись все Ваши «свистуны» и «шипометы», когда мы прилетели на шлюпке?

Монотонный, рассудительный бас Сергеенко охладил Грейса и заставил всех задуматься над сказанным.

– Ну и кто даст ответ на эти вопросы? – полковник начинал приходить в себя.

– Думаю, что все мы с помощью наших знаний и логики сможем, если не ответить, то приблизиться к истине или выдвинуть более-менее реальную гипотезу.

– Тут и так все ясно, и ЭММА нам наглядно это продемонстрировала, – обычно веселый и смешливый Эндрю Прауд говорил абсолютно серьезным тоном, – и Вы, командор, безусловно, все поняли. Наверняка, если бы мы совместили психоаналитическую картину событий с реальной обстановкой, то мы бы увидели, что группа Филиппа Грейса под воздействием собственного страха каким-то образом изменила пси-поле спутника, которое материализовало их опасения в реальную действительность. Исход сражения был предрешен, и вся группа полковника должна была погибнуть, так как в бою его люди начинали испытывать еще больший страх, беспокойство и опасения, подпитывая, таким образом, неизвестного противника. Их врагом был их личный страх.

– Но это же невозможно, – заступился за полковника Серджио Монтана, – в истории не было ни одного такого случая, чтобы опасения и страх могли воплотиться в реальную действительность, а тем более за столь короткий промежуток времени.

– Всегда есть исключения из правил, и, похоже, что Вера является таким исключением, – в дискуссию включилась профессор естествознания Эмма Штольц, – а мы – первооткрывателями этого уникального явления…

– Позвольте, профессор, с Вами не согласиться в разрезе того, что мы первооткрыватели данного загадочного явления, – перебил ее Иван Петрович, – спутник Вера планеты Трило системы Кальвон созвездия Дияны в Алькийской звездной россыпи в базе космографии до сих пор числится в разделе «Исследованные и опасные» и не рекомендуются для посещения личными или туристическими кораблями. Данный спутник допускается посещать только специально подготовленным разведывательным звездолетам типа «Фастер». И это в то время как с трилонцами мы около тридцати лет ведем мирную торговлю. При более детальном расследовании причин наложения тяжелого запрета на этот спутник выясняется, что здесь давно были замечены странные аномалии. На Вере пропадали не только люди, но и целые экспедиции вместе с кораблями. Остатки одной из разведгрупп звездолета «Бывалый» были найдены в теле гигантского кальмара, который неизвестно откуда взялся. Если Вы заметили, здесь присутствует яркий и разнообразный мир растений, но нет животных, поэтому и необъяснимо спонтанное появление кальмара. Загадка спутника до сих пор не раскрыта. Лет триста назад облагороженная трилонцами, Вера имеет такую же искусственную атмосферу, как и наша Луна. Причем при посещении Веры своими создателями никаких отклонений и происшествий не наблюдалось вообще. Еще один феномен.

– Тайны, загадки. По-моему, все можно объяснить довольно прозаически, – не отступал сержант Монтана. – Вашим случаям могли не уделять должного внимания здешние следователи. Вы же знаете, как престижно быть первооткрывателем разведчиком, и как нехотя молодые люди идут в полицию. А кальмар мог просто находиться в трюме корабля, а затем сбежать и напасть на группу туристов. Я не знаю, я предполагаю. Загадкой для людей является то, чему они не могут дать разумное объяснение или не видят цепочки причинно-следственных связей. И найди следователь одно недостающее звено, сразу все прояснилось бы. А Вы, командор, говорите «изменили пси-поле», «материализовали страх», все должно быть намного проще.

– Должен заметить Вам, Сержио, – вмешался знаток истории и философии Томми Ло, – что над понятиями «материализации страха» или других чувств и намерений сознания быстро воплотить что-то в жизнь человечество ломает головы с момента сотворения Мира. Древние религии, волшебники, шаманы, провидцы – все имеют примеры материализации объектов, чувств, мыслей, телекинеза, телепортации и других сверхспособностей человека. Тогда люди называли это чудом, сейчас ученые вплотную приблизились к разгадке этой тайны. Наконец то они должны ответить на вопрос, что первично – бытие или сознание, слово или материя. Мы же не против общения трилонцев с помощью телекинеза. А кое-кто из нашей команды тоже общался с трилонцами, передавая свои мысли на расстояние, – Ло уважительно посмотрел на Сьюме.

– Ну, насчет телекинеза понятно, а приведите хотя бы один пример материализации или каких-либо других экстраординарных способностей человека.

– Пожалуйста, если хотите, сколько угодно. Многие, наверно, читали или слышали об офицере, помощнике Суворова, на примере которого великий полководец постоянно доказывал подчиненным: «Вот этого сорвиголову пули не берут! Пуля – она дура, смелого пуля боится!». Конечно, граф Александр Васильевич был великим солдатским психологом. Он знал, как вдохновлять войско перед битвой, но почему же и сам Суворов умер в постели от старости, а не погиб на поле, нашпигованный свинцом, хотя сотни ружей залпом стреляли именно по полководцу, как по самой привлекательной мишени? В чем же секрет людей, которых в буквальном смысле не брала пуля? Именно когда полки и армии редели после каждого залпа, офицеры и обратили внимание на то, что не все одинаково страдали от ливневого потока свинца. В каждом полку непременно находился какой-нибудь усатый гренадер, о неуязвимости которого ходили легенды.

Обратимся к истории со времени первых летописей о боевых столкновениях. Что касается литературных похождений богатырей и рыцарей всех рангов и всех стран, то описание их ратных подвигов подозрительно смахивает на современные боевики, в которых неглавные герои служат исключительно мишенями для главных героев. Создается полное впечатление, что былинные рыцари были абсолютно неуязвимы для стрел, копий и мечей неприятеля. Впрочем, причина не скрывается: заговоры, волшебные амулеты, обереги и т.д. Классическую легенду об Ахилле и его недозаговоренной пятке повторять Вам не буду. Не нужно, об Ахиллесовой пяте мы со школьной скамьи помним, – поддакивал Селезнев.

– Вообще, Томми говорит правду, – вмешался в разговор Андерс, – тибетские монахи утверждают, что победа и поражение в бою с применением холодного оружия – это дело, почти на все сто процентов зависящее от боевого настроя человека. В древних боевых японских искусствах считалось, что схватка выигрывается победой в поединке взглядов: тот, кто глазами убедит противника в его уязвимости, тот и победитель, которому для формальности оставалось лишь добить побежденного мечом. Допустим, что так оно и было и, вроде бы, так оно и есть. Пожалуйста, продолжай.

– Спасибо за поддержку, – историк поднялся со стула и начал методично шагать по кают-компании перед аудиторией, как будто он читал лекцию в университете, – рассмотрим другой удивительный феномен воздушного асса, трижды Героя Советского Союза Александра Ивановича Покрышкина. За годы Великой Отечественной войны 1941-1945 годов он провел 156 воздушных боев, сбил 59 самолетов противника, сам не был сбит ни разу. За ним охотились лучшие пилоты Люфтваффе. Немецким ассам удалось сбить множество ведомых Покрышкина, но сам Покрышкин был словно заговоренным. В конце концов, немцы признали бесполезными подобные попытки и стали предупреждать своих летчиков: «Ахтонг, ахтонг! Покрышкин ин дер люфт! Внимание, Покрышкин в воздухе!». Это объявление было равносильно фразе: «Кто не спрятался – я не виноват!». У немцев были ассы, которые сбили больше самолетов, но не было ассов, не сбиваемых Покрышкиным. Он же так и остался непобедимым.

– О каких заговорах ты говоришь в двадцатом то веке? Обычное везение человека, хорошее стечение обстоятельств, высокопрофессиональная подготовка пилота, – недоумевала лейтенант Павленко, – нам тоже, можно сказать повезло сегодня утром, что все люди команды Грейса вернулись на базу живыми и невредимыми.

– Не нравится Вам двадцатый век? Хорошо! Давайте вернемся в семнадцатый век в период освоения Америки колонистами и вытеснения индейцев с их коренных земель. Среди колонизаторов ходили легенды о краснокожих воинах, из которых следовало, что в сражениях от последних даже пули отскакивали. При изучении индейской пуленепробиваемости хочется обратить внимание на один из способов быть неуязвимым: непреднамеренное измененное состояние организма или сознания. Как правило, перед схваткой посвященный проходил длительную подготовку, которая включала очищение в парильне, молитвы, пост, миросозерцание. Эти люди должны были соблюдать определенные табу и запреты. Они обладали способностью переходить в иные миры в результате медитации, что и делало их пуленепробиваемыми.

– Ой, смотри, Ганлоу, не уйди в иные миры, – подтрунивал Холтон, – а то по утрам ты так любишь медитировать.

Андерс даже бровью не повел на эту обидную реплику, продолжая слушать увлекательное повествование Ло.

Категория: Мои статьи | Добавил: otkpitie-3-mipa (17.01.2008)
Просмотров: 739 | Комментарии: 2 | Рейтинг: 5.0/2 |
Всего комментариев: 1
1  
Страх скорее всего типа аллергии

Имя *:
Email *:
Код *:
Форма входа
Поиск
Друзья сайта
Copyright MyCorp © 2017Сделать бесплатный сайт с uCoz